Участок

Про жизнь в деревне

Как минимум, тремя поколениями россиян желание «выбиться в люди» означало непременное получение высшего образования с перспективой «непыльной» работы в большом городе. В результате мы имеем миллионы юристов, экономистов, и представителей прочих престижных профессий, которыми сегодня перенасыщен рынок труда. С другой стороны, мы видим глобальную нехватку специалистов аграрного профиля. В Краснодарском крае эта проблема ощутима острее, чем в любом другом регионе России. Ведь львиную долю рынка труда на Кубани занимает именно агропромышленный комплекс. Поэтому актуальной темой сегодня является соизмерение плюсов и минусов жизни на селе.

Анализ обеспечения квалифицированными кадрами предприятий АПК края показал, что из десяти тысяч выпускников аграрных образовательных учреждений различных уровней в сельскохозяйственном производстве закрепляется не более 10–15 процентов.

Но это – цифры, за которыми всегда кроются обычные человеческие судьбы, люди, которые хотят иметь хорошую работу с достойным заработком, собственное жилье и социальные гарантии. Сегодня это реально.

Плюс первый: свое жилье

Сложившийся стереотип о том, что все это можно иметь лишь жителям большого города, сегодня ломает сама жизнь. И проблема привлечения молодежи в сельскую местность давно не ограничивается пустыми причитаниями. О конкретных действиях властей красноречиво говорят федеральная целевая программа «Социальное развитие села до 2013 года» и краевая целевая программа «Развитие сельского хозяйства и регулирование рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в Краснодарском крае на 2008–2012 годы». В программу входит обеспечение жильем молодых специалистов агропромышленного комплекса, и с каждым годом количество счастливых владельцев квартир и домов с личным подворьем на селе растет.

Легион-Медиа

Журнал «Агротехника и технологии»

январь – февраль 2020

Читать номер

Сколько деревень по факту вымерло, потому что там остались одни старики, сказать трудно — централизованные исследования проводятся далеко не каждый год. Согласно исследованию Высшей Школы Экономики за 2017 год, в основном отток сельского населения осуществляется в города в тех же регионах: за 2011-2015 годы — ежегодно от 90 до 174 тыс. человек. Отток за счёт миграции в города других субъектов федерации меньше — от 31 до 76 тыс. человек ежегодно. При этом наиболее интенсивно теряют сельское население за счёт миграций в города других регионов Дальний Восток, Восточная Сибирь и Север Европейской части России. На сельско-городской тренд здесь накладывается «западный дрейф», в результате чего сельское население ежегодно уменьшается на 1,5-3 %, говорится в исследовании Татьяны Нефёдовой из Института географии РАН и Никиты Мкртчяна из Института демографии ВШЭ.

Эксперты отмечают, что уезжает в основном молодежь, которая в 18 лет начинает учиться в ВУЗах, а остаются те, кому за 40 лет. Пенсионеры же, наоборот, переезжают в деревни, ускоряя тем самым старение населения.

К слову, всё больше россиян, готовых на переезд в другой регион России ради карьеры: как показал опрос рекрутингового агентства Hays, в 2019 году 51 % были готовы сняться с места и сменить место жительства ради хороших условий. По данным Всемирного банка (правда, в последний раз ситуация исследовалась в далёком 2010 году), россияне переезжают в среднем всего два раза за жизнь, а американцы — тринадцать. Причём чаще всего в России ареал переезда ограничен городами-миллионниками или вообще Санкт-Петербургом и Москвой. А с ними деревня не сможет конкурировать даже при наличии работы и жилья, поскольку проблема сельской местности заключается далеко не только в них.

Какие льготы есть у белорусских пенсионеров?

Уточним, что в тексте мы перечисляем пенсионные бонусы, которые предоставляет государство. Во многих торговых сетях, банках, кинотеатрах, музеях для пенсионеров тоже бывают свои скидки и специальные предложения. Но их размер, как и само их наличие, — это инициатива конкретных учреждений.

Скидка на налоги и коммуналку (но не всегда и не для всех)

Пенсионеры в Беларуси освобождаются от уплаты налога на недвижимость и земельного налога. Если речь идет о строительстве и обслуживании жилого дома, то от земельного налога пенсионера освободят только в том случае, если по месту его жительства не зарегистрированы люди в трудоспособном возрасте.

Еще неработающие пенсионеры могут платить за электричество и газ по субсидируемым тарифам в двух жилых помещениях — по адресу регистрации по месту жительства и адресу регистрации по месту пребывания. То есть, например, пенсионер может оплачивать по субсидируемым тарифам газ и электричество дома и на даче. Но по этим адресам не должны быть зарегистрированы люди в трудоспособном возрасте, иначе право на льготу пропадет.

Кроме того, пенсионеры, как и любые люди с низким уровнем дохода, могут получить адресную субсидию на оплату коммуналки. Они положены тем, у кого стоимость коммуналки без превышения льготных нормативов больше 20% совокупного дохода семьи (если семья проживает в сельской местности, то 15%). Другими словами, если пенсионер живет в городе один, получает 400 рублей пенсии и его коммуналка обходится дороже 80 рублей, ему субсидируют сумму превышения.

А еще для пенсионеров есть 50%-ная скидка на госпошлину за некоторые нотариальные услуги: например, выдачу свидетельства о праве собственности, свидетельства о наследстве, удостоверение завещаний, доверенностей, согласий или отказов, заверений копий документов или подлинности их перевода.

Льгота по подоходному налогу и единому налогу для ипэшников

Пенсии в Беларуси не облагаются налогом, но это не единственная льгота для пенсионеров. Например, если организация решает оказать своему бывшему сотруднику-пенсионеру материальную помощь (скажем, ежемесячно доплачивать какую-то сумму к пенсии, предоставить единовременную выплату, сделать подарок и так далее), то до определенного лимита эта сумма не будет облагаться подоходным налогом.

— Лимит пересматривается каждый год. В 2019-м он составляет 1984 рубля, — говорит налоговый консультант Марина Григорчук. — Если размер материальной помощи со стороны организации своему бывшему сотруднику-пенсионеру превысил эту сумму, то с суммы превышения будет удержан подоходный налог по ставке 13%.

Работодатель может оплатить своему бывшему сотруднику-пенсионеру страховку, например медицинскую. В этом случае подоходным налогом не будет облагаться сумма страховых взносов в 3398 рублей в год. А если предприятие выделяет целевую матпомощь на лечение (в том числе поездку в санаторий по направлению врача и покупку выписанных врачом лекарств), то она не будет облагаться налогом вне зависимости от суммы.

— Кроме того, если у пенсионера умер близкий родственник, он может обратиться за материальной помощью в любую организацию, где он раньше работал. Если помощь ему выделят, то она тоже не будет облагаться налогом вне зависимости от суммы, — добавляет Марина Григорчук.

Отдельные налоговые льготы есть у пенсионеров, которые являются членами профсоюза.

— Если им оказывается какая-либо материальная помощь со стороны профсоюза, она не облагается налогом в пределах 397 рублей в год. Если профсоюз оплачивает пенсионеру какое-нибудь обучение (например, курсы или повышение квалификации), то в дополнение к этим 397 рублям стоимость обучения не будет облагаться налогом, — говорит Марина Григорчук.

А еще налоговые льготы есть у пенсионеров-ипэшников. Во-первых, они получают 20%-ную скидку на уплату единого налога, а во-вторых, могут не платить взносы в Фонд соцзащиты.

Скидка на проезд на электричках и в пригородных автобусах (но снова не всегда и не для всех)

С 1 мая по 30 сентября пенсионерам положена 50%-ная скидка на проезд в электричках эконом-класса и пригородных автобусах. Чтобы купить такой льготный билет, понадобится пенсионное удостоверение. В этом году список документов для покупки билета со скидкой хотели расширить и добавить в него, к примеру, паспорт, водительские права или военный билет. Но пока система работает по-старому.

При этом воспользоваться такой льготой могут не все пенсионеры. Дело в том, что критерий для предоставления скидки — это достижение общеустановленного пенсионного возраста. В нынешнем году это 61,5 года для мужчин и 56,5 лет для женщин. Если человек вышел на льготную пенсию (например, работал во вредных условиях труда или ему положена пенсия за выслугу лет), покупать билеты на электрички со скидкой он все равно не сможет, пока не достигнет общеустановленного пенсионного возраста — даже несмотря на то, что он уже стал пенсионером.

«Стыдно смотреть жене в глаза, пошел работать». Белорусы о том, каково быть молодыми пенсионерами

Раньше у пенсионеров была еще и постоянная 50%-ная скидка на проезд в городском транспорте. Однако в июле 2007 года ее отменили вместе с рядом других льгот.

— Отмена социальных льгот может быть компенсирована за счет постоянного роста пенсий, а также усиления мер адресной социальной поддержки: государственной адресной социальной помощи и социального обслуживания, — комментировали тогда отмену этой льготы в управлении идеологической работы Мингорисполкома.

Доплата за долгожительство

По достижении определенного возраста белорусы начинают получать доплаты к пенсии. Они привязаны к размеру минимальной пенсии по возрасту, которая, в свою очередь, зависит от бюджета прожиточного минимума. Пенсионерам, достигшим 75 лет, в месяц полагается доплата в размере 75% минимальной пенсии по возрасту, достигшим 80 лет — 100% минимальной пенсии по возрасту. Сейчас это 43,30 рубля и 57,73 рубля соответственно. Бюджет прожиточного минимума пересматривают раз в квартал. Он, как правило, увеличивается, так что вместе с ним на рубль-другой прирастают и доплаты.

Но пенсионер не должен работать, чтобы получать доплату по возрасту.

Кроме того, начиная с 80 лет пенсионер получает еще и надбавку на уход в размере 50% минимальной пенсии по возрасту. Сейчас это 28,87 рубля.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Работа и финансовая подушка

Денежный запас станет «подушкой безопасности» во время обустройства на новом месте

Если вы работаете близко от деревни, в которую хотите переехать, то всё складывается замечательно. В противном случае на первое время у вас должны быть деньги на продукты, оплату электричества и другие расходы. Для пенсионеров сбережения в виде крупной суммы станут приятным дополнением к переезду.

Декорации

Особая атмосфера в загородном доме — то, ради чего многие решаются на переезд

Один из самых интересных моментов переезда — организация быта. Вы можете перевезти часть посуды и мебели из старой квартиры, а можете отбросить прошлое назад и приобрести новые кастрюли, ложки, диван и другие предметы быта.

Эти рекомендации касаются только переезда в готовый дом. Если планируется строительство, то сначала выбирается земля под постройку, затем возводится дом. После того как жилая площадь будет полностью отстроена, можно приступать к продаже квартиры.

Плюс второй: расти и развивайся

К тому же, сегодня аграрный сектор является одним из наиболее стабильных направлений, и в отличие от ряда других секторов занятие сельским хозяйством на сегодняшний день обеспечивает неплохой заработок. Так, на Кубани с прошлого года на предприятиях АПК края заработная плата в среднем выросла почти на 24% – это примерно 17 тысяч рублей. Кроме того, коренным образом изменен подход к перспективному развитию отрасли. При этом благодаря краевой программе «Молодые кадры экономики Кубани» молодые специалисты агропредприятий региона проходят переподготовку в ведущих российских бизнес-школах.

Плюс третий: стань хозяином

И начать свое дело в селе намного проще, чем в городе. Например, это может быть семейная ферма. За сельскохозяйственными кооперативами и семейными фермами – будущее села. Уже сегодня малый и средний агробизнес производит больше половины всей сельхозпродукции в стране. Государство активно помогает этому сектору – это и поддержка начинающих фермеров, и субсидирование процентных ставок, и различные программы Росагролизинга и Россельхозбанка.

Плюс четвертый: качество жизни

Времена, когда понятия «сельская местность» и «удобства» были кардинально разными вещами, канули в лету. Даже в кубанскую глубинку пришли газ и вода, и давно никого не удивляют удобства в доме. Только у многих к стандартной ванной комнате есть еще и баня – для городского жителя, зачастую, роскошь.

А минусы …Минусы ли это?

В чем же видит молодежь минусы жизни на селе?

– Там совершенно нечего делать! Пойти некуда, после 10 вечера жизнь останавливается, – говорит Светлана Приходько, девятнадцатилетняя жительница станицы Кущевской. – Конечно, я хочу уехать!

– Мне в станице нравится, – высказывает мнение Вячеслав Веретенников из станицы Каневской, 23 года. – Погулять при желании можно, но ведь жизнь из одних развлечений не состоит. И жить в городе только потому, что там кипит ночная жизнь, мне совсем не хочется.

Виктор Сергиенко осознанно переехал из города в село вместе с женой еще в 2002 году:

– Реакция друзей и родственников была стандартная – «ты губишь свою жизнь, ты загнешься в этом селе, как можно бросать работу..» Но я не жалею. Очень многому научился. В городе я был только программист и системный администратор. Здесь же я – огородник, животновод, садовод, столяр, плотник, строитель (бетонщик, кровельщик, отделочник). Это как минимум то, что я освоил хорошо. Всякие мелочи я в расчет не беру. Уметь многое, осваивать новое и чувствовать, что получается – это очень приятное чувство. В городе это сложно. Положительных сторон очень много. Отрицательных сторон я не наблюдаю. Те, которые обычно мне предъявляют – надуманы. Многие люди по считают увеличение количества физического труда – ухудшением своей жизни. Я же считаю иначе. В фитнесс-клубы мне ходить точно не надо. Мои показатели, которые улучшились: количество свободного времени, которым я располагаю. В том числе на сон. В городе вечно недосыпал. Второе – физическое здоровье и, конечно, качество питания, ведь все продукты, которые я потребляю, естественного происхождения, не содержащие никакой химии – я сам их выращиваю. У каждого свои приоритеты и каждый сам для себя взвешивает плюсы и минусы жизни на селе. И каждый по-своему прав. Выбор за молодыми. Сегодня им решать, какой быть Кубани. Не стоит лишь забывать, что наш край был, есть и остается житницей России.

Текст: Елена Куликовская
Газета «Аграрная Кубань»
14 июня 2012 г.

Отсутствие работы

Я посвятила теме работы в деревне 2 статьи (Как подготовиться к переезду и Как зарабатывать в деревне), но стоит повторить очевидный факт: в деревне реальные проблемы с зарабатыванием денег.

  • Постоянные рабочие места есть в магазинах, на почте, в школе, в больнице, у водителей, на лесопилках. Разумеется, оплата там не высокая.

  • Еще можно собирать яблоки, дикие ягоды, грибы и орехи — за сезон можно себя обеспечить на год скоромной жизни.

  • Местные, имея налаженное хозяйство, могут себя прокормить и без работы. Но приезжим надо несколько лет, чтобы это хозяйство наладить, а до этого надо на что-то жить.

  • В нашем регионе многие занимаются незаконной вырубкой леса и сбором-продажей краснокнижных растений, но вскоре здесь обещают сделать заказник, и, скорее всего, так легко пользоваться «природными благами» не получится. С одной стороны — это хорошо, лес начнет восстанавливаться. С другой — людям негде будет зарабатывать, и может начаться повальное воровство.

Воровство

Мы живем в крошечной деревне на 50 человек, и для нас стало шоком, что даже здесь воруют. Прямо на глазах у всех. Например, приходит местная женщина к соседям, а они едят тушенку, и хвастаются, что запасли ее на всю зиму. А животных у них не было. Тут же выясняется, что у другого соседа пропало стадо животных, и вот совпадение — как раз по количеству запасенной тушенки. От топора вора спасли только женщины, прибежавшие на крики. Чем история закончилась — не знаю. Возмещали они ему воровство деньгами, отдали тушенку, или как-то еще решили вопрос — история умалчивает. Точно знаю, что вор до сих пор живет в деревне, несмотря на то, что теперь всех пропавших животных ищут у него.

Я утянулся из Москвы на дачу. Оказалось — на ПМЖ

Сергей КАЛЕДИН, писатель
Фото Льва Шерстенникова

В августе 91-го меня разбудил по телефону медный голос Владимира Осиповича Богомолова (который «В августе 44-го»): «Сережа, в стране переворот…»

Я обмер, было от чего. Совсем недавно министр обороны СССР маршал Язов на очень высоком толковище назвал мой «Стройбат» «ножом в спину Советской армии». Мне очень четко пригрезился футбольный стадион, как в Чили, заполненный неугодными.

Позвонила соседка, узнать, можно ли во время чрезвычайного положения говорить по телефону. Отсоветовал. И поплелся на дачу оповестить родню.

По Минскому шоссе в город вползала бронетанковая гадина, сгоняя на обочину встречных. Жалом змеюка подбиралась уже к Москве, а хвост колотился аж под Кубинкой.

На даче матушка буднично составила список: соль, спички, мыло… Сосед-пенсионер накатил мне в успокоение рюмайку, задумчиво выдернул разбухшего клеща из общедоступной приблуды Мурки и не без удовольствия подытожил: «П…ц тебе, Сереженька».

Жизнь, по всей видимости, обрывалась.

Но не оборвалась. Облажалось руководство, слава тебе, господи, и на этот раз. О чем и сообщил Александр Кабаков 21 августа на Пушкинской площади городу и миру через репродукторы, выставленные в окна «Московских новостей»: «Хунта низложена! Сволочь бежит!..»

На следующий день русский ПЕН-центр нарядил меня отбить от пустого уже постамента памятника Дзержинскому кусочек гранита на вечную память. Какой-то мрачный дядя попытался оттащить меня за ногу от вандализма. Лягнул я дядю копытом, гранит добыл.

Позднее припомнилось: 19 августа генеральный директор русского ПЕН-центра Вова С. прибыл на службу очень уж торжественный: черный костюм, галстук…

Заинтересовались мы тогда с товарищем моим Наумом Нимом праздничной возбужденностью Вовы в критические дни. И при сухой разборке выяснилось документально, что патрон-то наш работает еще в одной конторе. В Лубянской. Напоминаю: ПЕН-клуб — международная писательская организация, сугубо правозащитная.

На собрании русского ПЕН-центра коллеги нас не поддержали, упрекая «охотой на ведьм». Но международный скандал был на мази — и во избежание его Вова убыл из ПЕНа. В связи с финансовыми нарушениями, но отнюдь не в связи с интимными связями. Помню, на посошок его даже премировали окладом жалованья.

Стало скучно. И я утянулся из Москвы на дачу. Оказалось — на ПМЖ.

В родном садовом товариществе «Сокол» оценили мою грамотность, назначив начальником помойки, а также доверили ровнять подъездные пути. Я старался. Но соседний председатель отставной прапор Вова З. остался недоволен моим служебным рвением, обвинив в краже общественного гравия. Ворую, мол, по ночам, для чего приобрел особую бесшумную тачку на дутых шинах. Недружественные садовые товарищи призвали меня к ответу. Снова началась сухая разборка. Выяснилось, что гравий вроде я не крал, а вот сам Вова втихаря рэкетирует пенсионеров, то бишь отрезает неугодных от привычного водоснабжения, понуждая, под угрозой засухи, подключаться задорого к его персональной незаконно сооруженной артезианской скважине. Но отключил Вова по недомыслию совсем убогих: ветеранов, инвалидов и даже моего соседа-сверстника Андрюшу с болезнью Дауна и соответственно — с калонедержанием.

Суд я выиграл, обиженных отстоял, но расположения садовых товарищей не снискал.

… Как-то ночью у моего забора шум- гам, собаки орут. Не иначе, думаю, Вова-прапор со товарищи, попив вина, ломятся на мою территорию, хотят мне месть учинить. В одних подштанниках с топором в руке выскакиваю под лунный свет. Людей не видать, лишь неместные шавки кого-то остервенело рвут у леса возле поваленного забора. Оказалось, косуля молча билась на земле, запутавшись сломанной ногой в сетке-рабице. Пока бегал за кусачками, к добыче подтянулись садовые товарищи с ружьем. А косуля тем временем сама умерла, наверное, от страха.

Утром привычно отправился в лес, нужно лыжню на зиму готовить, бурелом растащить, мостик через канаву сделать.

У пукающего болотца мелькнул белый узенький незнакомый зверек, хвостик на конце черный, будто сажей испачкан… Возле лесного озера с цаплями и утями егеря накрыли поляну для местного зверья: лосей, кабанов — посеяли бурую ботву, типа малорослой кукурузы.

Я уселся на пенек, достал блокнот. Итак, «Почему я живу в деревне»? На днях «Огонек» такой вопрос задал. Стояла поздняя яркая осень и кровососущая насекомая сволочь не донимала. Но особо не расписался. В кустах послышался хлюп-шлеп, и на белый свет выехал егерь Иван Михалыч, верхами. Поперек седла перевалился не туго набитый комковатый мешок.

— Здорово, Михалыч. Чего мрачный?

— Вот зубы, блин, в Можайске вставил, да, видать, плохо: чихну — выпадают. Зато асма рассосалась.

Егерь зевнул, передернул плечами, как цыганка, частично крашеная коса, схваченная на затылке резинкой, легла на плечо.

— Соль лосям привез. Кто-то спер. Ты не брал?

— ?

— Мало ли… На халявку-то… Чего пишем?

— Да вот… почему в деревне живу…

Егерь неторопливо закурил, взвалил мешок на плечо и понес к кормушке. Тяжелые булыжники соли загрохотали в корыте. Но с любопытством не справился.

— Ну и почему, — лениво спросил он. — Жил бы в Москве, как все ваши.

— «Все ваши» — это кто? — насторожился я, привычно подозревая под «вашими» любезных егерю «жидов»…

Помнится, позвал я как-то Михалыча на дачу захмелиться по случаю Пасхи. Православной. Он прискакал уже праздничный, натурально верхом и на участок въехал на коне. Навстречу ему мой отец. Завидев живописного всадника, воскликнул: «Сынок, к тебе гости!» Михалыч опешил, ибо папа мой, подтверждая свою фамилию Беркенгейм, очень уж походил на еврея, а Михалыч, прочитав «Кладбище» и «Стройбат», почитал меня за русского писателя…

— … С вашими, — раздраженно повторил Михалыч с натягом в голосе, обтирая грязного коня пустым мешком, — с поэтами, писателями…

Хотел я ему сказать, что с поэтами, вернее, с поэтессами, я уже пожил и ничего хорошего из этого не получилось, что с писателями лучше не жить, а читать их, а если слушать, то по радио, но обострять ситуацию не стал.

— Ты скажи мне лучше, Вань, кто мне дорогу нынче перебежал: маленький, беленький?…

— Кончик черный?

— Хвостик черный, — кивнул я.

— Горноста-а-й, — заурядно махнул рукой егерь, недовольно оглядывая коня. — Опять мыть надо, обгадился весь, как эта….

— Погоди, погоди… Горностай, он же на мантиях у царей. Откуда он у нас, леса-то здесь вшивые? Горностая в Сибири Дерсу Узала ловит…

— Кого-о! — возмутился егерь. — У нас здесь леса я тебе дам!.. И экология… Ты вот по лесу тише шастай — собак развелось, лосят гоняют. Молодняк пожрут — за людей примутся. Отстрелять бы — руки не доходят. Тут зверья много. Рысь в прошлом году зашел. А за Рузой ваще волки воют. Ты лучше в Москву к себе ехай.

— В Москве я, Михалыч, глупею…

— У-у, — егерь понимающе кивнул и погладил заворчавшего было коня.

— … В лес войду дурак-дураком, — продолжил я. — До Облянищева доплетусь, в копну на поле сяду, на небо посмотрю — рассказ готов. Потом к Таньке чайку попить…

— Жива еще? Ты гляди аккуратней с ней, — перебил меня егерь, раздраженный таким легким заработком. — Сама женьшень пьет для здоровья, а другим, блин, типа поебень-траву варит. Ведьма.

Про Таньку я знал больше Михалыча. Танька до войны сидела по 58-й статье. Коммунистов ненавидела. А на другом конце деревни доживал хромой курносый старикашка, единственный коммунист на всю округу. Дед в свое время вместе с Танькой работал на стекольном заводе в Дорохове; Танька стекло варила, а дед строчил доносы. Написал и на Таньку. Зелье предназначалось ему.

— Ладно, — сказал Михалыч, — я погнал, а ты сиди… думай. А то заезжай завтра — день рождения.

— Сколько тебе?

— Шестьдесят два. Даже шестьдесят три, я ведь сорок первого.

— Значит, шестьдесят четыре.

— А я их не считал.

… Сижу, стало быть, думаю. Муравьи из ближнего двухметрового муравейника неагрессивно ползают по мне. Благодать… Надо бы в Москву съездить. А зачем? Что я там забыл?.. Интернет у меня на даче через мобилу берется; канализацию, горячую воду наладил. Чего еще забыл в Москве? Друзей? Да их и в молодости было раз-два и обчелся, а с годами и те повывелись. Кто разбогател — ума-разума лишились. Как-то один, которого знаю треть века (он конюхом тогда на ипподроме работал, мы с ним пьяные ночами по сугробам скакали), пригласил на дачу. Оказалось — трехэтажный особняк с колоннадой, с лифтом, стокилограммовым сенбернаром. Вроде все со вкусом. А в конце застолья повел к себе в кабинет похвалится портретом Вовы П. работы Никаса Сафронова. Я думал, шутит, дуркует. Нет, всерьез, на голубом глазу. С бедными друганами обратно беда — там гордыня и зависть. Да и не очень, как выясняется, друзья нужны под старость. Одиночеству мешают. В молодости вот друзья действительно необходимы, тем более в одинаковой бедной молодости, когда вокруг сплошной социализм жалом водит, того и гляди укусит. А сейчас не то что на дружбу, на приятельство времени жалко.

Раньше в Москву ездил родственников проведать. Теперь их практически не осталось, а сын в Монреале. Нет, радости в Москве, конечно, есть, еще какие — театры, музыкальные кафе: Козел на саксе, живая музыка…

Насчет культурного общения? Для культурного общения книги есть. А чего в магазине не найду, из деревни по интернету закажу. В Москве на дом принесут. Принести-то принесут, но толком ведь в Москве не почитаешь: звонки, суета, мысли как в кофемолке — вжик-вжик — в основном бестолку.

На тусовках вертеться — не по возрасту. Хотя, если говорить начистоту, от тусовок какой-никакой прок все-таки есть. Там случаются хохмы, хохмы преобразуются в байки, а байки — золотой запас жизни. Ну, например. В Париже после премьеры «Гаудеамуса» Льва Додина (по «Стройбату») на банкете я безуспешно искал Анастасию Вертинскую, чтобы поблагодарить ее за участие в судьбе спектакля. Ношусь между красивых теток, ну нет Вертинской, хоть ты что! Подруливаю к роскошной даме: «Вы не видели Вертинскую?» Дама участливо пошарила раскосыми глазами по залу: «Во-он она». Вертинскую я тогда так и не нашел. Позже выяснилось, что про Вертинскую у Вертинской и спрашивал. Через год на другой тусовке подошел к ней извиниться за парижское недоразумение. Извинился. Оказалось — перед Ларисой Удовиченко. Не-е-т, пора густей пасти и о Боге думать.

Кстати, о Боге. Пристрастил меня к Богу Мень. А купить Меня оказалось докукой: в какую церковь не ткнусь — везде отлуп: Менем не торгуем. Еле нашел — у Космы и Дамиана. И теперь стал лучше понимать старосту церкви Покрова Божьей Матери, что в селе Алексине, Веру Борисовну Бахматову. Я работал у нее кочегаром. Вера Борисовна была неграмотной, но каждое утро раскрывала Евангелие, закрывала глаза и читала на память. Все просила меня покреститься, с тем чтобы, если я разобьюсь на машине, когда поеду в Москву за продуктами, она бы могла за меня помолиться (у некрещеного-то ведь ангела на небе нет, печалилась она). Креститься я воздержался, а Бога с ее помощью полюбил. До такой степени, что весной собираюсь в Польшу, поглядеть, как тамошние попы солидарно с Папой коммунизм в одночасье порешили. Казалось бы, Папа совсем был не героический: чахлый, стреляный, на ладан в Ватикане дышал, а поди ж ты! Чего ж у нас-то все так прискорбно получается. Хотя, что лукавить, дело-то ясное: Папа окормлял всех поляков, а у нас Александр Мень только интеллигенцию успел наставить, а до народа не добрался — замочили предусмотрительно.

К слову. Служил у нас в Алексине молодой священник отец Владимир Шибаев. Окрестные бабки в нем души не чаяли. И, аккурат, помер Андропов. Из патриархии пришла разнарядка — отпеть. Шибаев не прочь отпеть, только просил запись показать, что генсек крещен. Не показали, Шибаев отпевать отказался. Вывели его за штат, попросту — на голодную смерть. Спасибо Вере Борисовне — собирала с товарками ему харч по сусекам. Потом, как водится, предложили отцу Владимиру на выбор: в тюрьму или за рубеж. Шибаев уехал.

Что-то я заврался вконец: все плохо, все не по мне… Все, да не все. А тюрьма в двадцати верстах от меня! Можайская воспитательная колония, где четвертый год опекаю молодых бандюганов в надежде на их исправление (а может, на свое).

Когда я заявился в колонию, полковник Шатохин принял меня с распростертыми объятиями. Моя первоначальная идея с литературным кружком, разумеется, быстро зачахла, хотя пацаны и по сей день таскают мне стихи. Как правило, жалостливые: про маму, свободу, любимую девушку… Стал я с ребятами просто общаться на вольные темы: про жизнь, про Бога, Чечню, политику… Конечно, при сопровождающем не очень-то поговоришь, но поскольку я в колонии порой с утра до вечера, то пасти меня беспрестанно накладно и скучно. Пасусь индивидуально. Конечно, такой нестрогий режим для меня — самое то, а начальнику риск. Но я сразу его предупредил, что сор из избы понесу, не без того, но и добра в хату притащу с лихвой. Терпел полковник, сам не обижался и в обиду не давал, мечталось Борису Анатольевичу сделать тюрьму современной, как в Норвегии, куда он недавно ездил набираться опыту.

У нас даже двое ребят в институт заочный на сессии в Москву ездили. А как-то я вконец раздухарился — написал письмо Березовскому в Лондон, просил клуб помочь отремонтировать. Шатохин тогда еще лысину задумчиво почесал: «А не посадят нас с вами, Сергей Евгеньевич?» Не должны, говорю, благотворительность экстерриториальна. А потом, какая разница: вы и так в тюрьме сидите, к тому же бессрочно. Березовский, правда, не ответил. Впрочем, не он один. Возил я в тюрьму ровно пять богатеев, не олигархов, но вполне достаточных, и которых знаю давно. Приезжали, смотрели, головами сочувственно кивали, обещали и… Без «и». Голяк.

Но все-таки мир не без добрых людей. «Открытая Россия» открыла компьютерный класс; Людмила Улицкая отремонтировала и оснастила психлабораторию; товарищ мой Гриша Каковкин подарил двадцать костюмов и столько же пар обуви — пацанам победнее на освобождение, Сергей Бадаев преподает отсутствующий в школьной программе английский и т. д.

Такое вот завел я себе хобби. Казалось бы, одни траты, а где навар? Но, во-первых, благотворить приятно, во-вторых, с отечеством знакомлюсь поближе. Из Москвы оно просматривается туманно.

А недавно полковника Шатохина выгнали. Ибо — Гуманист. Такое вот у него погоняло в УИНе. Подозрительным показалось начальству, что пацаны все чаще и чаще в Можайскую колонию просились для отбытия наказания. Следом ушел его зам по воспитательной работе, за ним очаровательный старший лейтенант Брянская Ольга Станиславовна, психолог, на которую ребята буквально молились…

… Все, встаю, пора домой, жена решит, чего доброго, — заблудился.

Итак, лес это не просто лес, это дом творчества, только лучше: нет принудительного ассортимента — общения с литераторами. В лесу и обычных-то пейзан днем с огнем не сыскать, не любят поселяне дикую природу, они на грядках преобладают. И потому мой лес кристально чист: ни окурка, ни банок пивных, ни, пардон, презервативов. Чего не скажешь о наших замечательных озерах — Можайском, Рузском, Озернинском. Там загажено все глухо, ибо народ воду любит. Хотя, что же это я так о них пренебрежительно: «пейзане», «поселяне», «народ» — они ж герои мои, хлеб и вода, соавторы. Без них мне на этом свете делать нечего, не о ком писать.

… А жена не заждалась, она увлеченно изготавливала мое чучело — одноногое, с костылем под мышкой и попугаем на плече. Карикатуры на меня и без того уже заполонили наши 10 соток: на заборе, сарае, колодце. Не то что птицы — люди шарахаются. И сочувственно интересуются, не обижаюсь ли? Обижаюсь, конечно, но терплю. Из последнего: вышила меня гладью в виде толстой, лысой, грудастой русалки с бокалом вина в руке. Опять-таки терплю. Также пасет стадо прожорливых ничьих кошек. На свою печаль рассказал, что Кабаков на даче переоборудовал баню под кошатню, которую соединил с жилым массивом воздушным коридором, как в аэропорте Орли, и теперь с волнением наблюдаю, как жена с недобрым умыслом посматривает в сторону моей баньки. Кроме того, она славно пишет-переводит, меня редактирует. Вообще-то главная наша работа — это обоюдная лень. С чем мы успешно справляемся. Иногда, правда, нам становится стыдно. Мне — когда она рисует. И тогда, посрамленный, сажусь писать. Ей — когда я пишу, она, устыженная, тянется к рисованию. Такое вот перекрестное опыление.

На участке у нас деревенька — три домика: мой, жены и про гостей. Как выяснилось, на двоих три жилища — только-только. Гостевой обит красной фанерой, соответственно — красный фонарь на веранде. Сложилось исторически, выглядит фривольно.

В сельской жизни еще тьма преимуществ, но ведь всего не перескажешь, а посему, как у нас в тюремных письмах пишут, «рву строку, целую в щечку и ставлю точку».

Да, чуть не забыл!

Как-то ездил я в Белоруссию. Тамошний начальник Саша Л. издал указ, чтобы клюкву на болотах не рвать без разрешения. И решил я недавно высочайшим клюквенным запретом посмешить своих можайских товарищей — экс-тюремщиков, отставленных от службы, как и Шатохин, за избыточный гуманизм. Байка не прозвучала. Оказывается, белорусский режим им в основном по душе: строгость, порядок, твердая рука.

2. Сбои в коммуникациях

Здесь могут на день отключить свет, может оборваться пешеходный мост, соединяющий вашу деревню с цивилизацией, может произойти какая-то неведомая фигня, и телефонная связь вместе с интернетом пропадет на несколько месяцев. А еще во многих деревнях не чистят снег на улицах, нет системы вывоза мусора, нет газового отопления, и вода в колодце в жаркие дни может полностью исчезать. Все это решаемые проблемы, главное, быть к ним готовым. Например, зная о сбоях с электричеством, мы пользуемся газовой плитой, чтобы всегда без проблем можно было приготовить еду. Другой пример: когда пропадает связь одного оператора — мы просто используем симку другого, у которого связь слабенькая, но есть. Единственное, что вам может помешать в решении проблем с коммуникациями — это собственная неуравновешенность, так что надо закалять свой дух, искать внутреннее равновесие, чтобы не вернуться в город после первых же бытовых трудностей.

Грязь и невысокие стандарты чистоты у местных

В больших городах люди живут очень скученно, и только следование жестким гигиеническим нормам, позволяет нам не чувствовать себя, как в чумном средневековье. Человека даже в слегка испачканной одежде или с небольшим запахом пота будут обходить стороной.

Но в деревне люди основную часть дня проводят одни на своем просторном участке, работая с землей и животными. В такой обстановке просто невозможно не испачкаться. Даже если вы фанат чистоты, со временем вам надоест менять одежду по несколько раз в день и ежедневно стирать горы рабочей одежды. А в дождливое время вам просто достаточно выйти из дома, чтобы заляпать как минимум обувь. В итоге в деревне многие люди выглядят неопрятно, а если ты оденешься нарядно (например, для похода в магазин), это может даже может вызвать насмешки.

А еще в деревне не так распространена культура использования дезодорантов, так что в общественных местах и транспорте обстановка соответствующая.

ВСЁ надо делать самому

В городе большинство благ цивилизации мы получаем как нечто само собой разумеющееся: отопление, канализация, электричество, связь, дороги. Большинство переезжающих в деревню осознает, что на своей земле все придется делать самому, но на деле к этому все равно приходится долго и мучительно привыкать. Чем меньше и удаленнее деревня, тем меньше шансов найти специалиста в какой-то сфере. Хозяйственные мужики, которые разбираются и в строительстве и коммуникациях, как правило по уши заняты своим собственным хозяйством, и могут только проконсультировать. А наемниками часто оказываются неквалифицированные люди, которые без тщательного контроля с вашей стороны будут работать по принципу: «и тааак сойдет!»

Так что даже если у вас достаточно денег и вы не будете многое делать своими руками, то разбираться во всех тонкостях организации дома и участка вам все-таки придется.

А подавляющее большинство переехавших в наш район — дауншифтеры, не зарабатывающие огромных денег, так что каждый семьянин становится мастером-универсалом, способным создать и поддерживать своими руками и умом необходимый уровень комфорта. И из этого пункта вытекает следующий:

Большие физические нагрузки

Это в первую очередь касается мужчин. Как говорит мой муж, от пивного животика вы тут быстро избавитесь. Пока вы не обзаведетесь кучей нужных инструментов и связей, многое тут придется делать своими руками:

  • копать землю,
  • колоть дрова,
  • месить бетон,
  • таскать воду,
  • косить траву…

Конечно, постепенно вы купите и бетономешалку, и газонокосилку, но поначалу деньги обычно идут на более актуальные вещи, например, в нашем случае — это проведение электричества, утепление дома, установка забора и так далее.

Женщинам в каком-то смысле легче, так как большинство из нас и в городе полностью отвечают за быт. Просто в деревне быт усложняется тем, что его приходится налаживать чуть ли не с нуля. Убираться и стирать приходится в разы больше, не всегда сразу есть вода в доме, то есть приходится мыть посуду в тазике и стирать на руках, во многих деревнях приходится топить печь дровами, нет возможности поужинать в кафешке или заказать еду на дом. А если вы решаете в первый год завести животных и огород — то вам будет также тяжело, как и мужчинам. Так что мой совет — пока не организуете желаемый уровень комфорта в доме, не занимайтесь чем-то вне дома. Не стройте сараи и мастерские, не заводите животных, покупайте овощи на рынке или у соседей. Пожалейте свое тело — ему нужно втянуться в новый образ жизни.

Кстати, о покупках — про это будет следующий пункт.

Плохие магазины или вообще отсутствие таковых

Например, в нашей деревне вообще нет магазинов. А в соседней большой деревне они есть, но там в основном продается еда и хозяйственные принадлежности плохого качества, да еще и с завышенными ценами. Аптеки даже в этой большой деревне нет. Мы закупаемся продуктами и расходными материалами для строительства в районном центре, в городе Апшеронск, который расположен в 40 минутах езды на гортранспорте. Пока нет машины, это довольно хлопотно. Тяжелые вещи уже на себе не повезешь, а доставка выходит недешевой. Если нам нужно купить одежду, технику или инструменты для мужа, то для этого уже надо ехать в областной центр, в Краснодар, потому что в Апшеронске это все продается плохого качества и опять же с дикими наценками. Например, холодильник может стоить на 5-10 тысяч дороже. Конечно, какие-то вещи мы без проблем заказываем в интернете, но ту же обувь, например, без примерки мы не покупаем. Конечно, это не самое неприятное, что вас ждет, но после жизни в мегаполисе это непривычно.

Общение с местными

Общение в деревне очень отличается от городского, потому что соседи и односельчане непосредственно влияют на жизнь друг друга, и качества каждого человека — очень важны. Первые месяцы к вам буду присматриваться и «прощупывать» вас, чтобы узнать, насколько вы безопасны, дружелюбны, состоятельны, наивны… Здесь вам не помогут привычные социальные атрибуты, по которым принято оценивать человека в городе. Вас примут именно по вашим человеческим качествам, и так глубоко заглянут в вас, как не каждый психолог сможет. Это может быть немного неприятно, но надо понимать, что интерес к вам — это не праздное любопытство, а вопрос безопасности, так что надо принять эту особенность и настроиться дружественно.

Конечно, эти заметки основаны только на нашем опыте и опыте наших друзей. У вас могут возникнуть свои сложности в плане адаптации. Но могу сказать точно, что для нас эти неудобства полностью окупаются плюсами жизни в деревне, про которые я напишу немало постов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *